×
Переводчик
Elena Strachkova
Опубликовано
22 июн. 2022 г.
Поделиться
Скачать
Загрузить статью
Печать
Печать
Размер текста
aA+ aA-

Питер Филипс (Dior): «Я стал экспертом по подводке для глаз, могу книгу об этом написать»

Переводчик
Elena Strachkova
Опубликовано
22 июн. 2022 г.

Питер Филипс, креативный и имидж-директор Dior по макияжу, один из самых влиятельных визажистов в мире.


Питер Филипс - Photo: Dior


Этот бельгиец с тихим голосом присоединился к Dior в марте 2014 года. До этого Филипс работал в Raf Simons и в Chanel с Карлом Лагерфельдом, а также сотрудничал с Alexander McQueen и Dries Van Noten. Блестящий послужной список.

Совсем недавно Питер создал образы для шоу Dior в испанской Севилье, где легендарный модный дом продемонстрировал возвышенную и содержательную круизную коллекцию с отсылками к верховой езде и иберийско-готической символике.

Незадолго до начала показа на площади Испании FashionNetwork.com побеседовал с Питером о том, как ему работается с Марией Грацией Кьюри, удается избегать штампов и превращать «трэш» в шик.


Dior Cruise - Весна-Лето 2023 - Photo: Dior


FashionNetwork.com: Как вы решили интерпретировать темы, которые Мария Грация выбрала для этой круизной коллекции?
Питер Филипс: Всё начинается с обсуждения. Наша команда – стилист по волосам Гвидо Палау, я, сценограф Александр де Бетак и автор музыкального сопровождения Мишель Гобер, – мы разговариваем и смотрим, как можем поддержать видение Марии Грации.

Макияж для этого шоу выкристаллизовался постепенно. Поскольку одежда во многом вдохновлена образом Пресвятой Девы, сначала мы просто хотели показать свежую, сияющую кожу. Кроме того, в этой коллекции много вышивки и костюмированного действа, манекенщицы дефилируют в шляпах, – это стало для нас дополнительным аргументом в пользу того, чтобы не перебарщивать с макияжем.

Но, с другой стороны, мы имеем грандиозное архитектурное окружение, огромное сценическое пространство и, наконец, вечернее время. То есть нам нужно было что-то сделать, чтобы девушки не растворились, не исчезли из виду. Красная помада исключалась, – мы не собирались ударяться в клише. Так что мы решили поиграть с тенями и привнести в дымчатый макияж глаз нечто необычное.

Шляпы затеняют лицо, из-за них может лосниться кожа. Я захотел придать «smoky eye» определенную подвижность – будто вы всю ночь протанцевали и слегка вспотели. Никакой неряшливости, просто больше сияния. В конце концов, Испания – жаркая страна, и совсем уж безупречный образ здесь будет не совсем органичен. Можно сказать, я действовал с оглядкой на климат.

FNW: А как вы поступили с губами?
П.Ф.: Просто использовали скраб, чтобы отшелушить ороговевшие частички кожи, а затем увлажнили губы бальзамом Rouge Dior. У темнокожих девушек мы добавили в бальзам немного цветного пигмента. Эти бальзамы прозрачные, но все равно придают губам цвета, хотя они, конечно, про блеск, а не про яркость.


Photo: Dior


FNW: Какие средства Dior вы использовали, скажем, для создания особого эффекта?
П.Ф.: Эффект создается уже на этапе подготовки к макияжу. Увлажнить кожу девушек нам помог уход Capture Total – он дает хорошее юное сияние под тональную основу. Эта основа для лица и тела немного матирует кожу, а в сочетании с Capture Total в жарком климате обеспечивает очень красивый результат. Получается эффект утренней росы, сияние без намека на жирный блеск. То, что нужно для вечера.

Правда, есть такие участки лица, которые сияние не очень украшает. Я имею в виду лоб, боковые поверхности носа, линию роста волос и подбородок. Поэтому мы использовали пудру «Powder no Powder» – потрясающий продукт, в нем нет талька. Чистый пигмент и капелька сияния. Я нанес это средство на боковые стороны носа, на лоб... И опять-таки получил эффект утренней росы.

FNW: До того, как прийти в Dior, вы прославились драматичным макияжем для Raf Simons и Chanel. Как вы взялись за дело на новом месте?

П.Ф.: В Dior можно пойти разными путями. Когда я работал с Рафом (Симонсом), то помогал ему сформулировать и передать его видение. Мария Грация четко излагает свои мысли. С Карлом (Лагерфельдом) было то же самое. Я стараюсь сделать так, как видит она, но, вместе с тем, выразить и собственную креативность. Что касается второго, иногда мне это удается, а иногда нет. Всегда приходится балансировать. Мария Грация не поощряет обильный макияж. Тем не менее я делаю для Dior смелый макияж с акцентом – всегда черным – на глаза.

FNW: Мария Грация сама носит такой макияж, не правда ли?
П.Ф.: Именно. Это ей созвучно. 


Photo: Dior


FNW: Кьюри часто называют дизайнером-феминисткой. Этот факт как-то подпитывает ваше творчество?
П.Ф.: Я и себя считаю феминистом. Ну, может быть, не таким радикальным, как Мария Грация. Она – феминистка с женской точки зрения. Я же феминист в том смысле, что вижу мужчин и женщин равными. Вот это я считаю феминизмом. Я не знаю, через что женщины проходят, что становятся такими мятежными, и, соответственно, не могу высказываться, как они. Но хорошо, что мы работаем вместе. Вместе мы сила.

FNW: Вы уже довольно давно работаете в Dior
П.Ф.: Восемь лет. Время быстро бежит. С первого дня я сказал Марии-Грации: «Я к твоим услугам. Всё, что пожелаешь. Если захочешь что-нибудь дерзкое, я сделаю. Если не захочешь ничего, тоже не буду возражать». Думаю, она это оценила. Поначалу она держалась немного настороженно, что можно понять, но после нескольких показов, вероятно, поняла, что я честен в том, что говорю и делаю. Так что, если она чего-то хочет, то я это исполняю.

Я делал по-настоящему смелые образы. Для показа в Греции я окаймил манекенщицам глаза жемчужинами. Такой «лук» не назовешь натуральным. Или для кутюрного шоу со Стивеном Джонсом мы при помощи подводки для глаз прорисовали гипертрофированные ресницы. Я стал экспертом в применении подводки, книгу об этом могу написать. 
 

Photo: Dior


FNW: Что вас сейчас больше всего радует как креативного директора по макияжу?
П.Ф.: Наша линейка «Backstage». Мы запустили ее семь лет назад. Это был мой первый проект, адресованный набиравшим тогда силу миллениалам. В люксовом доме Dior задавались вопросом, как завоевать эту молодую аудиторию. И я предложил концепцию «Backstage», а еще пригласить кого-то молодого для рекламной кампании. Кроме того, я заметил, что большинство миллениалов ходят в определенные косметические магазины, такие как Sephora. У нас в Sephora продавались косметические продукты, которые мы использовали в линейке «Backstage». Это лак для ногтей и средство для придания губам объема. Я сказал: «Почему бы нам не разработать линию чисто базовых продуктов, которые легко носить и наносить, для которых не требуется какой-то исключительной смелости? Более нейтральное позиционирование привлечет молодую аудиторию и не оттолкнет верную клиентуру». Это был огромный успех, и мы номер один среди люксовых косметических брендов практически в каждом регионе.

FNW: Ну тогда Бернар (Бернар Арно – владелец Dior) должен вам хорошо платить?
П.Ф.: В общем, да. Не жалуюсь (Громкий смех). В Dior это как американские горки. Вот в Chanel совершенно другой механизм. 
 
FNW: В каком смысле?
П.Ф.: Мне отлично работалось в Chanel, и мы замечательно ладили с Карлом. Но это очень самобытная компания. Там не опираются на маркетинг. У меня была огромная творческая студия, а теперь маленькая команда. В Dior работа строится на механизме маркетинга. Здесь я такой коммерчески ориентированный творец. Мне нравится, когда женщины выбирают мою помаду и мои тени, в этом моя ценность как профессионала. Я гарантирую качество и непринужденность, и сильные положительные эмоции.

FNW: Когда ждать следующего большого запуска?
П.Ф.: В сентябре мы выпустим прекрасную помаду. С фантастической формулой. Очень стойкую – во всех отношениях, она не сломается и не повредится в сумочке. Мы изменили упаковку классической матовой помады (наконец-то, я сделал матовую помаду). Очень этому рад.
 
Годфри Дини

 
 
 

Copyright © 2022 FashionNetwork.com All rights reserved.