Работницы швейных фабрик Бангладеш активно отстаивают свои права

Когда Айеша Акхтер входит в здание фабрики, на которой работает, начальник с улыбкой приветствует ее и желает ей хорошего дня. Огромная перемена после стольких лет ругани и рукоприкладства, которые работница была вынуждена терпеть от тех, кто управляет бангладешскими швейными производствами, приносящими доход в 28 млрд долларов (более полутора триллионов рублей).


Швея говорит, что это ее самая большая победа с момента избрания в октябре руководителем профсоюза работников фабрики по производству джинсовой одежды в Дакке. Это назначение на фоне развития движения за улучшение условий труда на предприятиях, занимающихся производством одежды.  

«Все эти годы наши непосредственные руководители кричали на нас, обзывали в самых недопустимых выражениях и раздавали подзатыльники, чтобы мы работали быстрее», – рассказала Акхтер, которая по восемь часов в день строчит карманы на джинсах и шортах, представителям благотворительной организации «Thomson Reuters Foundation».

«Стоило мне возглавить объединение, как все изменилось. В одночасье я приобрела значимость», – говорит 28-летняя работница, одна из десятков женщин в Бангладеш, оказавшихся достаточно смелыми для того, чтобы встать во главе рабочих союзов и вести переговоры с руководством предприятий, большинство в котором составляют мужчины, на предмет увеличения заработной платы, обеспечения безопасности рабочих мест и уважительного отношения к труду рабочих.

Как сообщают активисты движения, Бангладеш – второе в мире государство-экспортер одежды. В данном секторе производства – более чем на четырех тысячах предприятий – занято порядка четырех миллионов населения страны. Почти 80% работников – женщины.

Плохие условия труда и низкий уровень зарплат – главные болевые точки данного сектора, в 2013 году пережившего ужасную катастрофу: более тысячи человек погибли при обрушении многоэтажного здания Rana Plaza недалеко от Дакки.

Стремясь объединиться в профсоюзы, работники предприятий встречают противодействие: многие теряют свои места или временно отстраняются от работы администрацией фабрик, испытывающей страх перед рабочими ассоциациями. Так говорят лидеры рабочего движения.

«Свобода собраний и возможность вести переговоры – вот главные вызовы, обращенные сегодня к индустрии, – говорит Назма Актер, в прошлом несовершеннолетняя работница швейной фабрики и основательница Awaj Foundation (организация проводит кампании в защиту прав трудящихся). – Не имея такой поддержки, рабочие выживают, а не живут нормальной жизнью. Это почти что преступление».

МОЛОДЫЕ И ЭНЕРГИЧНЫЕ ЖЕНЩИНЫ

Пять лет спустя после трагедии Rana Plaza о себе заявило одно из самых мощных в регионе движений, имеющее целью организовать работников и помогать им в проведении коллективных переговоров. Возглавили это движение женщины из Бенгалии.

С 2013 года количество зарегистрированных рабочих профсоюзов в Бангладеш выросло почти в пять раз – до пятисот. Таковы данные Дженнифер Кахлман, представляющей некоммерческую организацию по защите прав рабочих «Solidarity Center», штаб-квартира которой находится в США.  

«Во главе многих таких объединений стоят молодые и активные женщины, которые, в стремлении добиться перемен, «рвутся на передовую»», – говорит Кахлман, курирующая программы в Бангладеш.  

По оценкам активистов порядка половины новых лидеров профсоюзов – женщины. Правда, по их собственным словам, обретенная профсоюзная сила открыла им глаза на их права, – от социальных пособий до платы за сверхурочные часы – и они боятся потерять работу.

Акхтер вспоминает о «большой битве», которая произошла у нее с мужем, когда она сказала, что хочет баллотироваться на пост председателя профсоюза.
«Он разозлился и расстроился. И решительно велел мне не делать этого, – рассказывает мать двоих детей. – Он боялся и переживал за мою безопасность. Да, он уступил мне, но видя и слыша, что происходит вокруг, мы не можем быть спокойными».
 
«После Rana Plaza объединиться было просто. Но в настоящее время активисты подвергаются преследованиям, рабочие выставляются за дверь, а профсоюзные собрания срываются, – рассказывает Бабул Акхтер, председатель «Bangladesh Garment and Industrial Workers Federation» – организации, оказывающей поддержку профсоюзам пятидесяти двух предприятий. – Словом, рабочим сейчас приходится трудно».
 
Как говорят активисты, правительство ужесточило политику в отношении профсоюзов, после того как в декабре 2016 года работники швейной фабрики в Ашулии (пригород Дакки) выразили протест в связи со смертью своего товарища и потребовали повышения оплаты труда.
 
Согласно информации «Solidarity Centre» в течение следующих четырех месяцев было арестовано почти сорок профсоюзных лидеров и закрыто немало профсоюзных организаций.
 
Многих отпустили под залог, но не все прецеденты легко разрешились. И рабочие боятся последствий формального вступления в профсоюзы.   
 
Представители Министерства труда страны оказались не доступны для оперативных комментариев. Однако на сайте государственной структуры можно найти информацию о конфликтах между профсоюзами и предприятиями, урегулированием которых та занимается.

НАСТОЯЩИЕ ЛИДЕРЫ

На втором этаже одного непримечательного здания Дакки расположился офис
«Sommilito Garments Sramik Federation». Федерация оказывает поддержку профсоюзам; организует и ведет разъяснительную работу с теми, кто трудится на городских швейных предприятиях… Порядка восьмидесяти тысяч рабочих посещают ее заседания.
     
Генеральный секретарь организации завален бумажной работой: Нахидул Хасан Найан помогает рабочим составлять заявления на регистрацию профсоюзов. Это непросто.  Учитывая порядок, предусматривающий подачу заявки в госорганы, данный процесс занимает месяцы. Иногда для отклонения заявки на регистрацию достаточно одной неправильной подписи.   
 
Другая комната. Женщины тихо заходят в нее, рассаживаются за столом, – после своих рабочих смен они пришли на вечернее собрание.
 
Среди присутствующих – 30-летняя Шампа Бегум. Год назад она стала лидером профсоюза фабрики, на которой работает. Когда рабочие начали объединяться, они попросили ее встать во главе организации.  

«Они настаивали, и я согласилась, – тихо говорит Бегум, почти пятнадцать лет вшивающая молнии в брюки и зарабатывающая 7500 бангладешских така (чуть более пяти тысяч рублей) в месяц. – У нас было много проблем – от недостаточного количества вентиляторов до грязной питьевой воды. Теперь они решены».  
 
До создания профсоюза, чтобы урегулировать ничтожные вопросы, Бегум проводила часы перед кабинетом руководства: «Они почти насмехались над нами, спрашивая, чувствуем ли мы себя большими лидерами с нашими ничтожными нуждами. Теперь мы лидеры, и нашим проблемам находятся решения».
 
Женщины говорят, что у них остается меньше времени для их семей, но они готовы платить эту цену во имя будущих перемен к лучшему.
 
Акхтер встает в пять утра, готовит еду и отводит детей в школу; работает восьмичасовую смену и возвращается домой уже затемно.
 
Любую свободную минуту она посвящает профсоюзной деятельности и постоянно думает о том, как решить проблемы рабочих фабрики.
 
«Это изнуряет, но Бог дает мне силы», – говорит она.
 

Переводчик Elena Strachkova

© Thomson Reuters 2018 Все права защищены.

Мода - ОдеждаИндустрия
ПОДПИСКА НА РАССЫЛКУ НОВОСТЕЙ